Tajik Development Gateway на русском языке > История Таджикистана > Внутренний строй, экономика и культура Ферганы и Хорезма в III—II вв. до н.э.

Внутренний строй, экономика и культура Ферганы и Хорезма в III—II вв. до н.э.

Внутренний строй, экономика и культура Ферганы и Хорезма в III—II вв. до н.э.

Из книги Б.Г.Гафуров “Таджики. Древнейшая, древняя и средневековая история”

(раздел “Другие области Средней Азии” той же главы)

Одна из важнейших земледельческих областей Средней Азии — Фергана, исходя из описаний конца II в. до н.э., имела высокоразвитую экономику и в предшествующий период, синхронный греко-бактрийскому времени. Правда, мы можем говорить об этом, лишь проецируя сообщения конца II в. до н. э., памятники же III—II вв, до н.э. практически пока еще в Фергане не выявлены.

Внутренний строй, экономика и культура Ферганы и Хорезма в III—II вв. до н.э. Городище Кой-Крылган-кала, IV в. до н. э. — IV в. н. э.
Городище Кой-Крылган-кала, IV в. до н. э. — IV в. н. э.

Спорным является вопрос о вхождении Ферганы в состав Греко-Бактрийского царства. На основании одного замечания, сохранившегося у Страбона (XI,II,1), многие исследователи утверждают, что Фергана была частью Греко-Бактрии. Однако доводы в пользу этого весьма уязвимы.
В Фергане найдены монеты Евтидема, Деметрия и подражание чекану Гелиокла. Разумеется, эти монеты, как и греко-бактрийская монета, найденная в парфянской Нисе, могли попасть туда в результате торговли.
Хорезм, наименее пострадавший от иноземных завоеваний, представлял во II—I вв, до н. э. сильное, независимое государство. Письменные источники об этом не сообщают, но о том с бесспорностью свидетельствуют открытые Хорезмской экспедицией памятники. Остановимся на некоторых из них.
Джанбас-кала представляет правильный прямоугольник, обнесенный мощными двойными стенами. Въезд, на оборону которого обращалось особое внимание, устроен коленами в пять поворотов и дополнительно оснащен бойницами во внутренних стенах. В связи с отсутствием башен бойницы по углам расположены по веерной системе, а в стенах имеются полукруглые ниши с тремя бойницами, что позволяло вести обстрел вдоль стен. Для лучшего обстрела неприятеля бойницы были сильно заглублены, и вниз от них шли наклонные борозды. Благодаря этому стены производят впечатление покрытых полуколоннами.
Огромное количество бойниц в крепостных стенах заставляет предположить, что к участию в обороне привлекалось, видимо, все население. Вообще, вся система фортификации свидетельствует о едином плане обороны оазиса от набегов кочевников.
Характерно деление города на две части. Главная улица, разбивавшая город на две части, со стороны, противоположной воротам, замыкалась «домом огня» — средоточием общественного культа неугасимого огня. По обе стороны главной улицы были расположены дома-массивы — жилые помещения, состоявшие из большого количества комнат примерно одинакового размера.
Одним из интереснейших сооружений Хорезма является Кой-Крылган-кала. В отличие от обычных — квадратных и прямоугольных — сооружений Кой-Крылган-кала имеет вид отдельно стоящей башни цилиндра диаметром 42 м, окруженной круглой стеной (диаметр внешнего кольца 87,5 м) с башнями. Центральное цилиндрическое сооружение было двухэтажным. Оно дважды перепланировалось. Кольцевой двор постепенно застраивался.
При раскопках были обнаружены разнообразные материалы, в том числе большое количество хумов, служивших для хранения воды и припасов. На стенках баклаг — высокохудожественные рельефы (изображения грифонов, всадников, женщин и т. д.). Огромное число статуэток — глиняных и алебастровых – воспроизводит божества хорезмийского пантеона; имеются и бытовые изображения. Некоторые статуэтки исключительно реалистичны. Обнаружено несколько надписей, относящихся к III—II вв. до н, э., написанных арамейским письмом. На одном из них имеется имя, в основе которого слово «аспа» («конь»); имя, по-видимому, обозначает «всадник».
На Кой-Крылган-кале обнаружены фрагменты десятка оссуариев – костехранилищ и погребальной маски. В окрестностях найдено большое количество оссуариев – глиняных квадратных ящиков, увенчанных скульптурным изображением человека (иногда в натуральную величину).
По мнению исследователей Кой-Крылган-калы, «центральное здание строилось как погребальное и, скоре всего, было связано с обрядом трупосожжения. Этот своеобразный «дом мертвых» был сожжен вместе с трупом знатного лица — князя, а может быть, и хорезмийского царя. Пепел умершего и, возможно, сопровождавших его в загробный мир людей был извлечен из пожарища и помещен в оссуарий. Затем комплекс стал центром заупокойного культа, превратившись в крупный храм и вместе с тем в центр астрального культа и астрономических наблюдений».
Эти заключения интересны и спорны, но несомненно, что Кой-Крылган-кала является выдающимся памятником культуры Средней Азии.
Кочевые и полуоседлые племена занимали обширный степной пояс, предгорья и зоны альпийских лугов. В Приаралье, в междуречье Амударьи и Сырдарьи, они находились под влиянием хорезмийской культуры. Именно здесь они переходили к оседлости; знать кочевников имела укрепленные поселения. Кочевые сакские племена заселяли районы правобережья Сырдарьи и в ее среднем течении, южноказахские степи, Северную Киргизию, периферию Ферганской долины и частично ее внутренние области, Восточный Памир. Они были теснейшим образом связаны в экономическом, политическом и культурном отношениях с районами прочной оседлости; вместе с тем они. одновременно являлись частью огромного моря кочевых племен, простиравшегося от Монголии до южнорусских степей.

* * *

Мы знаем лишь слабо намеченные контуры истории Средней Азии III—II вв. до и. э. И дело не только в том, что политические события этого времени выступают словно отдельные кадры ныне исчезнувшей кинематографической ленты, причем последовательность этих кадров для нас чаще всего неясна,— причинная обусловленность тех или иных явлений, как правило, совершенно неизвестна. Политическая история Греко-Бактрии продолжает оставаться темной и непонятной. Ровно 100 лет назад русский востоковед В. В. Григорьев, критически рассмотрев разнообразные попытки «рассортировать» имена греко- бактрийских правителей, известных по монетам, горестно заметил: «Комбинациями, таким образом стряпаемыми, историческое знание не продвигается ни на шаг». За истекшие 100 лет количество греко-бактрийских монет значительно возросло. Появились иные, куда более смелые, чем у нумизматов первой половины XIX в.( реконструкции греко-бактрнйской истории. Смелость этих попыток, особенно В. В. Тарна, основывается не на каких-либо твердо установленных фактах, а на произвольно конструируемых матримониальных союзах и соображениях о родстве тех или иных персонажей на основании сравнения их портретов, на расширительном толковании источников и т. д. Предельный субъективизм привел В. В. Тарна к созданию со- вершенно неадекватной картины греко-бактрийской истории. Мы отнюдь не собираемся целиком отрицать значение труда выдающегося английского историка: в нем есть масса ценных наблюдений и материалов. Мы хотим подчеркнуть лишь одно: существуют пределы, перейдя которые, историк рискует превратиться в романиста. И это случилось с В. В. Тарном.
Вместе с тем экономическая и культурная характеристика Греко-Бактрии благодаря работам археологов и нумизматов сейчас обрела достаточно конкретные и определенные очертания.
Следует остановиться еще на одном вопросе. В западной литературе безмерно преувеличивается роль и значение греко-эллинистической культуры в развитии Средней Азии. Некоторые ученые утверждают, что все социально-экономическое развитие Средней Азии после греко-македонского завоевания обязано греческому влиянию, что города, в частности укрепленные, возникли лишь после прихода греков и т. д.
В работах советских ученых, в частности в ранее изданных трудах автора, эта концепция была подвергнута резкой критике. Внутренняя обусловленность глубинных социально-экономических процессов — вот то главное, что определяло развитие среднеазиатского общества. Археологические открытия позволили одновременно также выявить черты глубоко самобытной культуры бактрийцев, хорезмийцев, согдийцев и других народов Средней Азии.
Однако в этой справедливой критике несостоятельных буржуазных концепций некоторые впадали в другую крайность, не показывая в достаточной степени важности и плодотворности социально-экономических и культурных контактов между грекоэллинистическим миром и Средней Азией, отрицая наличие на ее территории крупных греческих поселений.
Греки пришли в Среднюю Азию как завоеватели, но они оставались в ней отнюдь не только в составе воинских отрядов. Греческое население Средней Азии, Афганистана и Северной Индии включало в себя ремесленников и торговцев, актеров и скульпторов, врачей и музыкантов. Развитие рабовладельческого строя получило новый импульс в связи с тесными контактами с эллинистическим миром; города не могли не испытать воздействия городского строя основанных в Средней Азии и соседних областях греческих городов.
Еще более значительным было воздействие на местную культуру — духовную и материальную. Ограничимся одним примером; греческая письменность продолжала оставаться ведущим типом письменности в Бактрии на протяжении тысячелетия после похода Александра Македонского. В каменной архитектуре, в скульптуре, в ювелирном искусстве и т. д. — всюду прослеживается взаимодействие эллинистической и местной культур; плоды этого синтеза продолжали эволюционировать и в последующие столетия. Однако, в противовес утверждениям многих западных исследователей, в этом синтезе среднеазиатская культура выступала в качестве равноправного и даже ведущего компонента. Язык греческих поселенцев, окруженных местным населением, постепенно вмешивался с языком коренного населения страны. Их культура также приобретала синкретический характер. Международный обмен товарами, перемещение групп населения в процессе торговли, войн и переселений приводили к широкому проникновению на Запад лучших достижений среднеазиатской духовной и материальной культуры. Поэтому так называемая эллинистическая культура является созданием гения многих народов: эллинов, местного населения стран Ближнего и Среднего Востока, а также народов Средней Азии и Индии.
И еще одно. В. В. Тарн рассматривал Греко-Бактрию как общественную часть эллинистического мира, как одно из эллинистических государств. Критикуя это положение, А. К. Нарайн называет всю историю Греко-Бактрии историей «индо- греков» и говорит: «Их история – часть истории Индии, а не эллинистических государств; они пришли, они увидели, но Индия [их] завоевала».
Обе точки зрения далеки от истины. Конечно же, историю Греко-Бактрии нельзя рассматривать вне селевкидского фона. Разумеется, вторая половина истории Греко-Бактрии связана с Индией. Но истоки истории Греко-Бактрийского царства лежат в Средней Азии, здесь оно возникло, здесь (и в Афганистане) оно набрало силы. Именно комбинация бактрийских и греческих элементов создала те могучие силы, которые смогли завоевать Северную Индию. Следовательно, Греко-Бактрия — это прежде всего Средняя Азия и Афганистан, а также Индия к эллинистический мир.

Социально-экономический строй Средней Азии V-VIII вв.
Фергана VI-VIII вв.
Уструшана VI-VIII вв.
Религия Согда в VI-VII вв.
Согдийская письменность и литература
Искусство Согда в VI-VII вв.
Строительное дело и архитектура Согда в VI-VII вв.
Самарканд – столица Согда в VI-VII вв.
Согд в VI-VII вв. – замок Муг и Пенджикент
Колонизационная деятельность согдийцев в VI-VII вв.
Ремесла и торговля Согда в VI-VII вв.
Ирригация и сельское хозяйство Согда в VI-VII вв.
Согд в VI-VII вв.
Религия Тохаристана в VI – начале VIII в.
Искусство Тохаристана в VI – начале VIII в.
Строительное дело и архитектура Тохаристана в VI – начале VIII в.
Ремесла и торговля Тохаристана в VI – начале VIII в.
Ирригация и сельское хозяйство Тохаристана в VI – начале VIII в.
Тохаристан в VI – начале VIII в.
Движение Абруя
Взаимоотношения Тюркского каганата с местными владетелями
Тюркско-сасанидский конфликт
Тюрки и эфталиты
Тюркский каганат и распространение его власти на Среднюю Азию
Движение Маздака
Эфталитское общество
Проблема происхождения хионитов и эфталитов
Племена и народности Средней Азии в IV—VI веках н.э. – Эфталиты
Племена и народности Средней Азии в IV—VI веках н.э. – Хиониты
Племена и народности Средней Азии в IV—VI веках н.э. – Кидариты
Сасанидское царство в IV—VI веках н.э.
Структура среднеазиатского общества в конце I тыс. до н.э. – начале I тыс. н.э.
Культура и религия кушанской Средней Азии
Экономика в кушанское время
Города и поселения в кушанское время
Упадок Кушанского царства
Расцвет Кушанского царства
Начальный период Кушанского царства
Победа Парфии над Римом
Бактрия и Согд во II—I вв. до н. э.
Вторжение юэчжей в Греко-Бактрию
Внутренний строй, экономика и культура Ферганы и Хорезма в III—II вв. до н.э.
Внутренний строй, экономика и культура Парфянского царства в III—II вв. до н. э.
Внутренний строй, экономика и культура Греко-Бактрийского царства в III—II вв. до н. э.
Расцвет Греко-Бактрийского царства
Парфия и Греко-Бактрия. Борьба с селевкидской экспансией
Возникновение и ранняя история Парфии и Греко-Бактрии
Средняя Азия в составе Селевкидского государства
Борьба среднеазиатских народов против греко-македонских войск
Поход Александра Македонского на Восток
Средняя Азия и Иран в Ахеменидский период
Социально-экономический строй, культура и религия в Согде, Хорезме и Бактрии в VI—IV вв. до н. э.
Средняя Азия в составе Ахеменидской державы
Восстания против Ахеменидов при Дарии I
Кир и Томирис. Разгром ахеменидских войск
Завоевания Кира II в Средней Азии
Возникновение Ахеменидского государства
Зороастризм
Древнейшие государственные образования по Авесте
Среднеазиатское общество по Авесте
Авеста как исторический источник
Раннежелезный век Таджикистана
Пути расселения индоиранских племен и среднеазиатские археологические комплексы
Индоиранская общность
Древнейшие наскальные рисунки Таджикистана
Неолитические памятники Таджикистана
Мезолитические памятники Таджикистана
Памятники верхнего палеолита Таджикистана
Памятники среднего палеолита Таджикистана
Памятники нижнего палеолита Таджикистана
История Таджикистана
Каменный век
Бронзовый век
Хронология

Читайте также: